www.podkluch-spb.ru

Особенности финского национального романтизма

То, что у нас именуют северным модерном, у финнов принято называть красивым, но труднопроизносимым словом kansallisromantiikka – «национальный романтизм». Историки искусства уверяют, что он просуществовал лет тридцать – с 1880-го по 1910 год. И всё?

Один из самых известных образцов этого стиля – павильон Финляндии, построенный в 1900 году для Всемирной выставки в Париже. Разглядеть его можно на старых, раскрашенных анилином фотографиях. Колоритное сооружение напоминало сказочный замок и средневековую церковь одновременно. Высокая, увенчанная шпилем башня. Островерхая крыша – частично застекленная, частично покрытая черепицей. Фактурная штукатурка и грубо отесанный камень на фасадах. Спроектированное легендарным бюро Gesellius-Lindgren-Saarinen, здание было манифестом нового искусства. Изнутри его украшали ковры и фрески «певца Калевалы» А. Галлен-Каллелы. Не дошедший до наших дней павильон напоминают многие из ныне здравствующих построек тех же авторов: в Хельсинки и окрестностях фирменные черты унаследовало здание страхового общества Pohjola, дом Тальберга, вилла Виттреск и, конечно, Национальный музей.

Финское ответвление модерна – крутой замес из прообразов заимствованных и доморощенных. Традиции средневекового зодчества тесно переплелись с искусством местных мастеров, что нашло отражение в каждой детали. Оконные рамы, лестничные перила, печи, двери и дверные ручки, скульптурные рельефы, настенные росписи с орнаментами, мебель, светильники, текстиль – всё придумывалось заново, подчинялось одной идее, изготавливалось вручную и отлично компоновалось друг с другом. Почти как сейчас! Светильники Secto прекрасно рифмуются с мебелью Artek, тканями Marimekko и Vallila, а те в свою очередь как будто специально созданы для посуды Arabia и Iittala.

Чистая работа/ Ясень, береза, дуб или вяз. Олифа или лак на водной основе. Выбор за вами! Кресло Skandinavia Upsala BDT1, созданное Бьёрном Дальстрёмом (Björn Dahlström) для компании Nikari, может быть разным. В нем есть и легкость и основательность, а кажущиеся на первый взгляд простыми формы не так уж просты. Отголоски модерна читаются в неожиданно плавных линиях сиденья и спинки. Эта вещь – как письмо из прошлого, доставленное по адресу с опозданием на сто лет.

Мифология/ Еще одно доказательство того, что в современном финском дизайне сильны тенденции, заложенные больше века назад, – работы Клауса Хаапаниеми (Klaus Haapaniemi). Компания Iittala радостно трубит о том, что посудной коллекции Taika («Заклинание») исполнилось десять лет, а это повод выпустить ее снова. Здесь Iittala лукавит. Чашки с узорчатыми совами и лисами пользуются таким невероятным спросом, что никто и не думал приостанавливать их производство. Они есть не только в каждом финском, но и в каждом японском доме, а японцы, судя по всему, вообще главный индикатор популярности финских вещей. И они уже в курсе того, что Клаус Хаапаниеми буквально недавно создал коллекцию вещей для певицы Бьорк. Называется «Черное озеро». И в скором времени точно такие ковры, покрывала, подушки поступят в продажу. Вот это ход! Мрачноватые мотивы «Черного озера» напоминают о мифологической подземной реке Туонеле: в эпосе «Калевала» она ведет в царство мертвых. Характер узора абсолютно модерновый. Тканый гобелен предназначен для использования в качестве длинного ковра, который накинут на диван. Похожую историю можно наблюдать на старинной вилле Виттреск под Хельсинки: там с дивана на пол струится ковер, придуманный женой Элиэля Сааринена – Лоей. Спустя сто лет Клаус Хаапаниеми продолжает прясть нить национального романтизма, того самого, который мир впервые увидел в Париже, на набережной д’Орсэ.

Автор статьи:
Нина Филюта